My.Bigwall.ru

Оставалось два дня до Нового года. Большинство друзей и коллег уже поуезжали в разные теплые или наоборот – очень холодные страны. Эти счастливцы, по всей видимости, уже успели затариться заморским шампанским или другими пьянящими жидкостями. А мы с Мышью сидели в не-по-зимнему теплой и бесснежной Москве и ввиду локального финансового кризиса после еще более локального ремонта думали, как бы так скоротать время праздников. Уже много заманчивых идей было мужественно отвергнуто, и надежда что-либо придумать таяла вместе с часами, остающимися до прихода Деда Мороза. Ехать на лед хотелось всегда, но все места казались недоступными по причине маого для них бюджета или же удаленности (что если хорошо разобраться, одно и то же). Как вдруг вспомнилось, что неподалеку - всего в двух тысячах км, есть замечательная, горячё любимая и незаслуженно забытая Дигория, а по пути к ней живут несколько замечательных людей, которых так давно хотелось повидать... Надо сказать, это были одни из рекордных сборов. А рекордными они таки стали не по скорости, но по количеству забытых вещей. Впрочем, конкурировало с количеством забытых еще и количество ненужных, но уверенно уложенных в машину шмоток и шмоточек. Да … именно в машину, т.к. решили мы ехать на нашем верном Росинанте, несмотря на его солидный возраст.

Мышь: День первый мы полностью посвятили ближайшей к лагерю Таймази сосульке. Самое интересное в ней - это подход, из-за которого местное лагерное божество – Цимбал, её, мягко говоря, недолюбливает. Подход занимает совсем немного времени при наличии знаний и сноровки, и становится крайне неприятным при отсутствии оных. Образно говоря, дюльферять ко льду можно прямо из столовой.


Любимая же начальником лагеря сосулька гордо возвышается над домиками, поэтому можно прямо не отходя далеко от столовой показывать тётенькам и дяденькам городского типа, «хто такие есть эти ледолазы». Правда, судя по отсутствию тропы, у ледолазов этот лед не в чести. Так что пришлось карабкаться к ней кому по колено, а кому и по бедро, проваливаясь в снег. Ибо снегоступов была одна пара, и мы благородно оставили их лежать в багажнике, чтобы не делить.


На следующий день мы выбрались из ущелья на прогулку в лето. Шли мы по ровной горной дороге, подставляя лица и прочие части тела Солнцу. Остроты ощущений добавляли камни, кое-где выкатившиеся на дорогу и недвусмысленно намекающие на то, что над нами сыпуха, и неплохо бы смотреть и слушать по сторонам. Да ещё - лёд в тени, неверное движение ногами по которому, обещало подарить незабываемый прокат на попе по крутому склону, усеянному валунами разных размеров и форм. Если не принимать всё это во внимание, я уже начинала верить, что зимние горы это не страшно, не холодно, и не слишком то и опасно.

Пребывать в таком настроении, однако, мне пришлось недолго. Почти сразу после путешествия в лето, случилось почти такое же - но в зиму. Потому что самые интересные сосули, конечно, дальше всего, в соседнем ущелье, где царит настоящая зима. Там в ледовом цирке, овеянные дыханием двух огромных красивых ледников, остались непокорённые, не отпускающие теперь мои мысли и манящие скорее к ним вернуться вертикальные и почти вертикальные льды.


Комов: Разные льды есть в памяти.. Скажем, в Мидаграбине они поражают своей «пространственностью». Они величавы, ажурны, отличаются изящной формой и занимают большое пространство. Здесь - под ледником Лабоды все по-другому. Цирк более компактен, но вертикальный лед сползает с масштабного, местами нависающего, абсолютно гротескного в своих формах и размерах ледника. Может быть, здесь потенциально меньше можно проложить ледолазных маршрутов, но выглядят они потрясающе. Вид – не главное, ощущение приближения к месту, а затем соприкосновения с окружающими сотнями тысяч тонн льда … вот что очаровывает и подавляет быстро и безжалостно все лишнее в сознании пришедшего. Немалую роль играет удаленность цирка от лагеря и его изолированность. Помню свои чувства, когда после четырех часов тропежки свисающий ледовый язык лишь незначительно приблизился, как в видоискателе фотоаппарата, когда не хватает оптического зума. Сзади тревожно, проваливаясь в глубоких следах, попискивала Мышь. Горячий чай из термоса согревал, но не мог побороть тот холод, который не физический и которым пропитано все вокруг. Световой день на исходе, с приближением к цирку падает температура, растут и начинают подавлять сознание масштабы.Появляется наконец знакомое ощущение, что ты пришел в гости и точно не знаешь, приглашали ли тебя... А хозяева более чем суровые. Наверняка многие помнят подобное – ты не можешь заставить себя повернуть обратно, уже все понятно – ледовые инструменты и моток веревки в рюкзаке только зря болтаются - полазить все равно не удастся.Но что-то влечет и влечет вперед, не давая остановиться. До заката остается все меньше и меньше времени, но ты продолжаешь пробивать корку снега и топтать следы, обещая себе в который раз, что через десять минут повернешь назад. Каждый метр дается с трудом, и ждешь чего-то впереди. А чего собственно ждать? Короче говоря, все это есть под Лабодой. Рекомендую. Не далеко, у нас тут - в Осетии, доступно и, в общем-то, не очень дорого.

Фотоальбом в Picasa: